Павлоградские новости

Тяжкий крест скульптора Гордиенко

4 мая 2009

Известному павлоградскому скульптору Василию Гордиенко 21 мая 2009 г. исполнится 73 года. Столько же в сентябре исполнится и его супруге Евгении Павловне. А 26 апреля чета Гордиенко отметила золотую свадьбу – 50 лет совместной жизни. И накануне знаменательной даты супруги согласились дать интервью. – Я училась в 1958 году в кулинарной школе города Днепропетровска, – рассказывает Евгения Павловна. – Пришла на практику в столовую Автозавода от «Южмаша». Я сама родом из Павлограда. А Вася – из Ставропольского края. К тому времени Вася уже из армии пришел. Он был поваром 6 разряда, а я – ученицей. Так что быстрее он меня прикармливал, чем я его. – Она была певуньей, танцовщицей, юркая такая, – вспоминает Василий Иванович. -Своим веселым нравом она и привлекла мое внимание. Комсомолка, активистка, красавица! На кухне вообще-то было шестеро девчат, но Женечка была лучшей. Я ее все молочком подпаивал. И у себя на кухне до плиты только ее допускал. Хотелось, чтобы она рядом, под рукой была. И мне уж очень нравились ее стройные ножки. – Да нет же, – перебивает супруга. – Он свиданничал по ночам, а на работе все больше спал в раздевалке, поэтому мне приходилось за него готовить у плиты. Один раз Вася поставил в духовку шницели и ничего не сказал мне. В общем, сгорели шницели… Мы сначала просто дружили, выручали друг друга. Я знала, что он встречался с Зиной, и Валентина из бухгалтерии к нему прибегала. Вася был видным парнем, не мудрено, что девчата за ним бегали… Но женился он все-таки на мне. Первым свиданием был поход в кино. Но случилось так, что после просмотра фильма ухажер заторопился на занятия по лепке во Дворец Ильича. Посадил зазнобу на трамвай, отправил домой, а сам – учиться скульптурному делу. Даже не поцеловались ни разу. Но зато их совместный визит на день рождения к родственнице Василия был определяющим, там Женечка произвела фурор. Зимой Женя перебралась к избраннику на постоянное место жительства. А расписались они в апреле 1959 года. – Дом был небольшой, – вспоминает Василий Иванович. – Мама лежала на сундуке.. А впритык к сундуку стояла односпальная кровать, на которой мы с Женей ютились… И уже осенью родился наш первенец – Павлик. В Павлоград семья Гордиенко вынужденно переехала в 1961 году. К тому времени Василий работал поваром в вагоне-ресторане. Узнав о махинациях шеф-повара на железнодорожной кухне, Василий написал об этом в редакцию газеты «Комсомольская правда». Вышла статья под названием «Под стук колес», которая наделала много шума. Разумеется, после газетного скандала Василии не мог оставаться на прежнем месте, да и с трудоустройством в других местах, куда он обращался, ему было отказано. Слава правдоискателя помешала. – Я вспоминаю, как творческую молодежь собрали якобы на переподготовку под Новомосковском, – рассказывает Василий Иванович. – Всех разместили в палатках. Но, как потом выяснилось, в палатки подсунули магнитофоны, чтобы записывать, кто и о чем говорит. Многих тогда повязали. Прошли показательные суды. За антиправительственные высказывания тогда забрали Ивана Сакульского. – И в Павлограде был случай, – вспоминает Евгения Павловна, – когда после одной из посиделок у известной павлоградской поэтессы Анны Светличной моего мужа забрали в Днепропетровское отделение КГБ. Тогда на день рождения Ани приехал опальный журналист Иван Сакульский. Он уже отсидел один срок за инакомыслие. Даже свое общество создал. А в ту пору было модно творческой элите собираться, читать вслух свои произведения, читать эпиграммы, делиться впечатлениями. Саша Заев знал напамять все стихи Есенина. Такие посиделки могли длиться и всю ночь. Тогда запрещено было вслух говорить о казаках. Почему-то разговоры о них считались тоже антиправительственными. В общем, пришлось молодой жене в Днепропетровске мужа вызволять. – Я зашла в вестибюль отделения КГБ в Днепропетровске и стала требовать от дежурного, чтобы моего мужа отпустили, – рассказывает Евгения Павловна. – Прямо так и сказала, что я никуда не уйду отсюда до того момента, пока мужа мне не вернут. Мне вообще,было непонятно, по какой причине его забрали. А к тому времени у нас уже было двое детей. В 1962 году родился Андрюша. Выяснилось, что Васю расспрашивали об Иване Сакульском: о чем он говорил, как себя вел, и почему в записной книжке Ивана Сакульского записан номер телефона Васи. Муж ответил на эти вопросы, и его отпустили. А Иван Сакульский и умер в тюрьме… – Даже моя скульптура «Ой кум до кумы залыцявся», – продолжает тему Василий Иванович, – где был изображен чубатый казак, прильнувший к казачке, тоже была запрещена. Светило скульптуры тех времен Бородай оценил на выставке мое творение, сказав, что работа хорошая, но, дескать, казаки не в моде. Вот, мол, если бы была изображена доярка или свинарка, тогда, возможно, работу оценили по-другому. Справедливости ради следует заметить, что быть женой скульптора нелегко. В 1967 году у четы Гордиенко появился третий сын Юрии. Забота о детях полностью лежала на плечах Евгении, а Василий творил. – Знаете, задатки скульптора передались на генетическом уровне младшему сыну, -рассказывает Евгения Павловна. – Так сложилось, что его уже нет с нами. Младший наш вырос в мастерской скульптора. Юра вы: делал портреты на гранитном камне, отец ого этому научил. Младший сын Юрия, внук Василия Гордиенко – копия папы. Мы сразу поняли, что наследственность взяла свое… – Сейчас решается судьба моих работ, -говорит Василий Иванович. – Я-то их с собой на тот свет не заберу. Была комиссия, оценили мои труды, дескать, в шесть нулей. А «палочки» перед этими нулями должны в Киеве поставить. Но у меня складывается такое впечатление, что ныне наше общество напоминает общество слепо-глухонемых – никому ничего не надо, каждый гребет себе. Искусством сегодня никто не интересуется. Даже само здание мастерской мне не принадлежит, я его не могу в наследство внуку отдать. Здание принадлежит горсовету, числится за отделом культуры, и приватизировать его не представляется возможным. Был заказ на то, чтобы в сквере по улице Шевченко установить памятник Великому Кобзарю. Мы с Юрием сделали работу, но она оказалась невостребованной. К сожалению, я стал замечать, что мои работы крадут из мастерской: уже нет маски Гоголя, пропала маска Пушкина. Обидно. Но я руки не опускаю, в моих ближайших творческих планах вылепить бюсты братьев Кличко. Мы проходим в мастерскую, которая расположилась тут же, во дворе частного владения семьи Гордиенко по улице Харьковской. На полках пылится невероятное множество бюстов: Ленин, Шевченко, Есенин, художественный руководитель театра им. Б.Захавы Анатолий Рева… К сожалению, сегодня работы великого творца остаются не востребованными. – Хотели мужу присвоить звание «народный», – говорит Евгения Павловна, – но, выяснилось, что Васе не положено – у него нет высшего образования. А в свое время, когда известный скульптор Коненков благословил Васю на творческие муки, он говорил, что получение высшего образования могло негативно сказаться на творческом процессе. Ведь художник делает свою работу так, как чувствует, а не потому, что институт по данному профилю закончил… Талант к бумажкам не пришьешь. А из-за отсутствия звания «народный» не полагается и добавки к пенсии, которая составляет у Василия 700 грн. – Вот здесь моя жена изображена, – показывает одну из своих работ Василий Иванович. – А я в образе голубя как будто прилетел и обнял ее, мою голубку. Так что образ своей любимой жены я увековечил. Она была и остается моей Музой. Идут по жизни вместе Василий Иванович и Евгения Павловна, поддерживая друг друга, принимая друг друга такими, какие есть. Уже пройден 50-летний рубеж. Пусть они будут счастливы! Пожелаем им долголетия, здоровья и новых творческих достижений. Павлоград, ТН Экспресс